Георгий Михайлович Вицин родился 23 апреля 1918 года в Петрограде. По другим данным -  год рождения Георгия Вицина — 1917, и родился он в городке Терийоки,  который относился в то время к Финляндии, входившей в состав Российской империи. Мать Вицина исправила год на 1918, чтобы устроить сына в оздоровительную лесную школу.

   Гоша Вицин с детства не любил экзамены, причем в любом виде. Что может быть неприятнее вопросов, на которые ты обязан отвечать. В классе, скрываясь от строгого взгляда преподавателя, вечно прятался за чужие спины. Но, поняв, что от всех не спрячешься, решил побороть застенчивость и закомплексованность и двинулся прямо навстречу опасности — в артисты!

   Мама Гоши работала билетершей в Колонном зале Дома Союзов, поэтому приобщение Вицина к искусству отличалось регулярностью. Именно там стал он однажды свидетелем сценического провала своего любимого писателя Михаила Зощенко. Сначала его рассказы читал эстрадник Владимир Хенкин. Публика надрывала животы от смеха. Потом объявили автора. Зощенко прочел свою юмореску, как поэтическое произведение, нараспев, («Как читает Вознесенский», — вспоминал Вицин) и… ушел со сцены в полной тишине под стук собственных туфель.

   И все же, зная о коварстве сцены, Вицин выбрал школьный театр в качестве терапии от застенчивости. «Лечение» начал активно. В детском спектакле исполнял танец шамана так неистово и эмоционально, что получил от преподавателей совет всерьез заняться балетом. Но после школы Вицин решил «всерьез заняться» театром. Прибавив себе один год, поступил в училище им. Щепкина при Малом театре. Серьезности хватило на год, в конце которого студент Вицин исключается с формулировкой «за легкомысленное отношение к учебному процессу».

   Но самое главное — Йога. В те времена, когда в СССР никто толком и не знал, что это такое, Вицин системно и регулярно занимался по этой древнеиндийской системе. Обязательное очищение организма, правильное питание, высокая устойчивость к стрессовым нагрузкам, ежедневные тренировки и медитации, причем строго по расписанию и независимо от обстоятельств.

    Многие режиссеры рвали на себе волосы, когда после команды «Мотор!» Георгий Вицин смотрел на часы и вежливо, но твердо заявлял: «Извините, мне надо семь минут постоять на одной ноге и посидеть в позе лотоса».

   Не обращая внимания на накаленную атмосферу, отходил в сторонку, отрабатывал свою норму и спокойно возвращался к работе. К такой зацикленности на здоровом образе жизни партнеры относились по-разному. Одни равнодушно, другие скептически, а некоторые высказывались довольно резко. Например, Нонна Мордюкова, которая после эпизода поцелуя купчихи Белотеловой с Бальзаминовым заявила Вицину: «Разве ты мужик? Не пьешь, не куришь, к женщинам не пристаешь. Ты же труп!»

   Главная встреча Георгия Вицина состоялась в 1957 году, когда Леонид Иович Гайдай пригласил его в свою первую комедию «Жених с того света». Особого успеха картина не имела, тем более что цензура обошлась с «Женихом…» довольно круто. Нормальный фильм превратили в кургузую короткометражку с периферийным прокатом. Зато следующая совместная работа, с самого начала ориентированная на короткий метраж, стала, как говорится, культовой и судьбоносной. Именно в фильме «Пес Барбос и необычный кросс» родилась самая знаменитая кинотроица советского кино — Трус, Балбес и Бывалый.

    Когда Никулин прочитал сценарий «Кавказской пленницы», то поначалу… наотрез отказался сниматься в «этой ерунде». Но Гайдай убедил и его, и остальных, что сценарий будет лишь основной канвой, на которую каждый вправе нанизать столько выдумок, трюков и гэгов, сколько сможет выдумать. А чтобы стимулировать фантазию своих «соавторов», за каждую идею режиссер обещал выставлять придумщику пару бутылок шампанского. 

   Согласно устным преданиям киношников, Никулин заработал 24 бутылки, Моргунов — 18, а Вицин… — 1, потому что не любил шампанское. На самом деле Георгий Михайлович был не менее плодовит, чем его коллеги. Именно ему мы обязаны криком «Поберегись!» вылетающего из дверей Труса, трюком с огурцом и рогаткой, платком Варлей, которого пугается Трус, и, наконец, знаменитой сценой под девизом «Стоять насмерть!», когда герои строят живую стену перед несущейся машиной.

   Вообще трюки придумывались настолько спонтанно, что потом трудно было точно определить — кто что изобрел. Например, огромный шприц, остающийся после укола в заду у Бывалого, придумал Никулин, а вот то, что шприц будет качаться, — находка Вицина.

   «Кавказская пленница» — фаворит отечественного кино с 1967 года и до нынешних дней. В год выпуска фильм занял 1-е место в прокате, собрав у экранов 76,5 миллиона зрителей. К сожалению, апофеоз тройки стал ее концом. Гайдай пришел к выводу, что эксплуатировать эти типажи без самоповторов уже невозможно.

   Кроме того, на съемках «Пленницы» у него произошел крупный скандал с Моргуновым. Евгений Александрович явился на площадку в окружении стайки поклонниц и, рисуясь, принялся делать замечания режиссеру, вызывая восторженную реакцию у окружения. Гайдай резко приказал директору убрать всех посторонних с площадки, Моргунов закусил удила. Гайдай тоже психанул и на глазах актера вырвал из режиссерского сценария все оставшиеся с ним эпизоды. Еще только раз встретились Вицин, Никулин и Моргунов на экране, но уже не у Гайдая, а в фильме Карелова «Семь стариков и одна девушка».

   «Этот человек был многогранен, интересен, талантлив, добр. Истинно владел жанром комедии, но его трудно сравнивать с каким-нибудь комиком, клоуном. Во время выступлений часто любил читать Аверченко, да и сам смело сочинял смешные истории. В зале постоянно стоял хохот. Мы всегда бежали поближе за кулисы, чтобы лучше слышать. Серьезно работал в смешном жанре. И получалось у него это невероятно интересно. А так, если едешь вместе, он тебе и хлеба на перроне сбегает купить, и арбуз большой притащит, и угостит всех. Не скупой был совершенно. В отличие от Никулина с Моргуновым Вицина нельзя было назвать рубахой-парнем. Он был в хорошем смысле одиноким, никогда не раздражал. Пустые разговоры, песни, гитары-балалайки — это все не его. Георгий весь в книгах был. Вообще отличался от многих коллег своей эрудицией» - вспоминала Нона Мордюкова.

   Животных Георгий Вицин любил безумно. Все окрестные обитатели (птицы, кошки, собаки) точно знали часы, когда ОН выходит «на кормление», и собирались перед подъездом. В семье держали двух попугаев и собаку. Одна птичка все время кричала: «Что ты все бегаешь? Пойди поспи!», а про собаку Вицин на полном серьезе сообщал, что та умеет говорить «мама».

   Александр Иванович Щукин, зам. директора клинической больницы № 2: «Меня поразила сила воли этого человека. Боль Вицин испытывал дикую, свирепую, жгучую, а внешне ничего не показывал. Наоборот, старался улыбаться и шутить. И в данном случае он не играл роль. Он боялся лишний раз потревожить медиков и говорил: «Ну что вы обо мне так беспокоитесь? Я сам». Мы отвечали: «Георгий Михайлович, то вы лечили нас юмором, теперь мы — вас». А он совершенно искренне: «Ну что я сделал в этой жизни? Я так мало сделал…»Шутил, вспоминал своих ушедших друзей, партнеров по работе. Все время тревожился о своей супруге, просил передавать ей, что с ним все в порядке. Мы положили Георгия Михайловича в двухместную палату, предполагая, что жена будет вместе с ним, но она так и не смогла приехать — сама слегла»